стола, ни даже лампы! Залогом истинного творческого порыва являются сигары мужа любовницы, его же бутылка виски и регулярная половая жизнь с чужой женой.
Такой вот неожиданный джентльменский набор…
Отто читал приключенческие журналы «Argosy» и, впечатлившись прочитанным, выплёскивал сок собственного мозга в рукописи по мотивам прочитанного.
Написанное он отправлял в редакцию «Argosy» и, по его словам, несколько рассказов даже были там опубликованы.
Рассказывая о событиях вечера 22 августа, ставших роковыми для Фреда Остеррайха, Отто Санхубер настаивал на том, что был вынужден вмешаться в скандал, возникший между супругами, дабы спасти жизнь Долли. Дескать, крепко выпивший Фред угрожал жене расправой, и Отто, услыхав шум отчаянной перебранки, бросился на помощь любимой женщине. Фред, увидав перед собой непонятно откуда появившегося человека, на секунду опешил, но тотчас узнал Отто, ведь последний работал на его фабрике в Милуоки. По-видимому, в последние минуты жизни Фред догадался, жертвой какого чудовищного обмана был все эти годы. Они стали отчаянно бороться и… Санхубер застрелил мужа любовницы. Таким образом, убивать Фреда он не хотел и был вынужден спасать как жизнь Вальбурги, так и свою собственную.
Правоохранительные органы в эту версию событий не верили, обосновывая свой скепсис несколькими соображениями. Прежде всего тем, что рассказ Санхубера не объяснял причину появления в его руках револьвера. Кроме того, Долли впоследствии предприняла попытку избавиться от 2-х одинаковых пистолетов, что наводило на мысль об использовании их обоих в убийстве мужа. Окружная прокуратура считала, что имел место заговор Долли и Отто, целью которого являлось устранение Фреда Остеррайха, дабы любовники впоследствии получили возможность жить вместе на деньги убитого предпринимателя. Именно для реализации задуманного были приобретены 2 одинаковых пистолета, из которых любовники стреляли вместе.
Вверху: Вальбурга Остеррайх, она же Долли Остеррайх, во время слушаний по возможности освобождения до суда под залог. Она стоит перед судьёй Ченнингом Фоллеттом (Channing Follette), позади неё детектив Клайн (Cline), расследовавший убийство её мужа 8-ю годами ранее. На фотографии внизу, сделанной во время суда в августе 1930 г., Долли сидит за столом со своей адвокатской компанией. Фотография грубо заретуширована, но Ракитин здесь ни при чём — это работа американских фотокорреспондентов.
На то, что Долли и Отто реализовывали заблаговременно продуманный план, указывала и чёткая организация их последующих действий. Имитируя действия грабителя, Санхубер запер Долли в гардеробной, снял с трупа дорогие часы, которые унёс с собою на чердак, не забыв при этом прихватить и 2 пистолета! Всё это было проделано очень быстро и чётко, подобная организованность была бы невозможна в состоянии паники и растерянности, неизбежных во всяком неподготовленном преступлении. В принципе, подельники задумали и реализовали почти идеальное убийство, если бы не показания двух случайных свидетельниц из рядом стоящего дома, полиция вообще не заподозрила бы в данном деле какой-либо «грязной» игры.
Автор не считает нужным высказывать собственное мнение по данному делу, полагая, что здравомыслящие читатели вполне в силах самостоятельно прийти к определённому заключению о справедливости той или иной версии событий.
Одна из многочисленных газетных заметок, посвящённых судебному процессу по делу Вальбурги Остеррайх.
Событийная канва на этом подходит к концу. Адвокат Эрл Уйэкман (Earl S. Wakeman), защитник Санхубера, сделал почти невозможное, добившись переквалификации обвинения Отто Санхубера с умышленного убийства по предварительному сговору, совершённому группой лиц, в непредумышленное убийство при смягчающих обстоятельствах [необходимая оборона и крайняя необходимость при защите жизни другого лица].
Фактически подобная переквалификация означала провал судебного процесса ещё до его начала. Дело заключалось в том, что срок давности по статье за непредумышленное убийство при смягчающих обстоятельствах составлял всего 3 года, в то время как с момента убийства Фреда Остеррайха уже минули 8 лет!
Это означало, что никто Санхубера в тюрьму — и уж тем более на электрический стул! — не отправит.
Ну, а коли наказания избегнет тот из подельников, кто признавался в убийстве, то второго, который вообще не признал соучастия, не посадят тем более. Так что с самого начала судебного процесса сомнений в его результатах ни у кого практически не было.
Тем не менее, окружная прокуратура предприняла попытку добиться осуждения Вальбурги Остеррайх, которая ожидаемо провалилась, и энергичная дамочка 23 августа 1930 г. вышла на волю не только с гордо поднятой головой, но и полностью очистившись от нехороших подозрений в свой адрес.
Счастливые молодожёны Рэй Хендрик и Долли Остеррайх, она же Вальбурга Хендрик. Фотография справа сильно заретуширована, но Ракитин также здесь ни при чём.
В качестве утешительного приза прокуратуре судья постановил, что Рой Кламб, тот самый, что выбросил револьвер Вальбурги в битумную яму в Ла-Бреа, должен быть судим на отдельном процессе. Немного комично, конечно же, ну да сей «охотник за чужими состояниями» сам себе злобный Буратино. Вытащил дурачок чужие каштаны из огня…
Строго говоря, история «любовника с чердака» на этом и заканчивается. Если кому-то совсем уж интересно узнать дальнейшую судьбу её персонажей, сообщим, что Вальбурга продолжала жить полной жизнью и дышать полной грудью. Климакс не останавливал её непрерывного поиска, и уже в 1960 году — то есть на 80-м году жизни — она вышла замуж за адвоката Рэя Хендрика, который был младше неё на 15 лет. Они жили счастливо, и Долли умерла через год.
А Отто Санхубер, едва только получил возможность покинуть Калифорнию, исчез в неизвестном направлении. Его дальнейшая судьба не прослеживается — вернулся ли он в Канаду или подался куда подальше — неизвестно. Также неизвестно, когда он умер и под какой фамилией. Понятно, что человек с такой славой, какую обрёл он, не хотел того, чтобы его узнавали.
Ячейка в колумбарии с урнами Рэя Хендрика и его благоверной Вальбурги Хендрик, в первом браке — Остеррайх.
Было бы очень любопытно посмотреть на то, как сложилась его дальнейшая жизнь с Матильдой Кляйн, но — увы! — сие невозможно.
Историю убийства Фреда Остеррайха если и можно назвать поучительной, то только лишь в том смысле, что она доказывает опасность слепого доверия недостойным людям. Преподобный Ефрем Сирин, христианский богослов IV века, очень метко сказал: «Лукавая жена злее злейшего зла!» К этому ни прибавить, ни отнять…
Долли явно была из числа тех женщин, про которых говорят, что они слабы на передок [впрочем, и на задок тоже], и муж, судя по всему, не считал сие большим грехом. Вполне возможно, что подобная особенность поведения благоверной его не только устраивала, но даже и нравилась, ведь существуют пары, которые принимают
